Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
Все новости Калининград
Начальник службы МЧС в Хабаровске получил 9,5 лет колонии за взятку Политика, 06:06 Почему стоит выбрать Швейцарию для лечения и сохранения здоровья Партнерский материал, 06:03 Россияне назвали наиболее часто встречающуюся в вакансиях ложь Экономика, 06:00 Новейший разведкомплекс «Пенициллин» поступил на вооружение армии Технологии и медиа, 05:39 В результате завала шахты на Кузбассе погибли два человека Общество, 05:36 Times узнала о планах Японии отменить Олимпиаду в 2021 году Общество, 05:16 Риелторы рассказали об условиях проверки незаконной перепланировки Общество, 05:04 Семнадцать способов справиться со стрессом РБК и HP, 04:55 Биткоин упал ниже $30 тыс. за монету Финансы, 04:47 Американца задержали за избиение полицейского при штурме Капитолия Общество, 04:27 Переехать в небоскреб: чего ожидать от жизни в «Москва-Сити» Партнерский материал, 03:45 ИГ взяло на себя ответственность за двойной теракт в Багдаде Политика, 03:41 Генерал-губернатор Канады ушла в отставку из-за «атмосферы токсичности» Политика, 03:19 В сенате предложили отложить рассмотрение импичмента Трампа до февраля Политика, 03:08
Калининград ,  
0 

«Нам говорят, мы какие-то другие». Интервью с главой Корпорации развития

Фото: Александр Подгорчук
Фото: Александр Подгорчук

Через «Корпорацию развития» правительство региона проводит инвестпроекты по управлению собственностью, нежилым недвижимым имуществом и землёй. В конце октября был опубликован её отчёт о работе в 2020 году и планах на 2021. О коронакризисе, о том, чем остров Октябрьский лучше крупнейших британских офшоров, о работе индустриальных парков, Доме советов, о конкуренции за инвесторов и комфорте среды РБК Калининград беседовал с директором Корпорации Андреем Толмачёвым.

О ВЛИЯНИИ ПАНДЕМИИ

— Как пандемия меняет поведение инвесторов?

До пандемии у нас были в активной стадии отдельные переговоры. Пандемия повлияла на физику перемещения, когда к нам не могут приехать завершить какие-то начатые действия. Некоторые компании пересмотрели реализацию инвестиционных проектов даже в нашем индустриальном парке Храброво. Ну, ничего страшного, будем работать в этих условиях. Есть хорошие примеры: мы сократили время на проведение совещаний, все уже понимают, как пользоваться ВКС (видеоконференцсвязь — прим. РБК Калининград), внедрять электронную цифровую подпись — это всё удобно. Есть категория наших предпринимателей, которые реализуют свои проекты в наших индустриальных парках, направляя инвестиции из оборотных средств. Для них, конечно, рынок сыграл не в лучшую сторону, поэтому, кто имел запас финансовой прочности, тот отсрочил реализацию инвестпроектов, а кто не имел — просто отказался от реализации. Если говорить о пролонгации сроков, я бы сказал, что все инвесторы пролонгировали сроки по стройке. Мы в «Корпорации развития» сделали свой отдельный финансовый продукт помощи резидентам — придумали заемный ресурс льготный, под 1%, для достройки производственных мощностей с лимитом 30 млн рублей на одно юридическое лицо. Были требования, что это должно быть разрешение на строительство, активная фаза стройки и закрывались мы по определенным КС (форма отчётности в строительной документации, акт о приёмке работ — прим. РБК Калининград) — мы подстраховались таким образом, чтобы видеть, куда деньги тратятся.

— Насколько востребован был этот займ?

Ну тут, видите, много денег (господдержки пострадавшим от пандемии — прим. РБК Калининград) шло через наш Фонд поддержки предпринимательства, много денег шло через отдельные инструменты поддержки правительства РФ и правительства Калининградской области, и многим было выгоднее пакетом этих мер пользоваться. У Корпорации заявителей было немного, потому что, подчеркну, поддерживаем мы тех, кто зашёл в пандемию с проблемами уже на стадии стройки. У нас на самом деле один резидент, которому мы помогали — это группа «Феникс», она занимается производством пищевых добавок для пищевой промышленности (АО «Феникс Ингредиентс» — дочерняя компания швейцарской «Феникс энгредьён» — резидент Калининградской Особой экономической зоны с 2019 года — прим. РБК Калининград). Таким образом, из 12 заключенных инвестиционных договоров у нас только один резидент попросил помощи.

— У Вас в контракте прописан KPI (Key Performance Indicators или ключевые показатели эффективности — прим. РБК Калининград)?

Да, самый главный — это количество резидентов (Специального Административного Района и Особой экономической зоны — прим. РБК Калининград), которых мы должны пригласить в Калининградскую область и которые начнут здесь строиться. В рамках этих есть KPI по объему инвестиций и есть KPI в отношении генерируемой ими (резидентами — прим. РБК Калининград) выручки. Но самый главный KPI — это, наверное, мнение тех бизнесменов, с которыми мы работаем, насколько мы были им полезны в том, чтобы они здесь открыли свое производство.

Толмачёв Андрей Сергеевич
- с сентября 2018 года - генеральный директор ОАО "Корпорация развития Калининградской области",
- c января по сентябрь 2018 года - глава администрации Светлогорского района,
- c ноября 2017 года по январь 2018 года - и. о. главы администрации Светлогорского района,
- c января 2014 по ноябрь 2017 года - заместитель министра экономики Калининградской области (до этого начальник отдела инвестиций министерства экономики).

О ПОЛЬЗЕ ОФШОРА

— Тогда о резидентах. Сообщения о новых то и дело появляются, но, наверное, мало кто понимает, что это значит — что это дает экономике Калининградской области и жителям?

Мы прекрасно отдаем себе отчет, что режим САР — не для всех, уж тем более, не для населения, он — для отдельной категории юридических лиц, которые сегодня зарегистрированы в иностранных офшорах, которые сегодня имеют возможность перерегистрировать свои капиталы на территории РФ. К нам приходят большие структуры, которые находятся в иностранных офшорах и которые оперируют в меньшей степени на территории РФ, а генерируют свои доходы за счет участия в акциях или долях других компаний в международных холдинговых группах.

Мы на территории Калининградской области формируем отдельную бизнес-привлекательную юрисдикцию, которая состоит из отдельных нормативных законов. Это и ОЭЗ, это и режим свободной таможенной зоны, и отдельный режим по электронной визе для туристов, и это, в том числе, режим по Специальному Административному Району. На самом деле, если оценить переезд резидентов (из иностранных в российские офшоры — прим. РБК Калининград), то сегодня у нас 34 резидента, на острове Русский (САР на Дальнем Востоке — прим. РБК Калининград) всего 2 резидента.

— Почему на острове Русский 2 резидента, а у нас 34?

Моё мнение субъективное: что лица, принимающие решения, находятся в большей степени в Москве, Калининград просто ближе, это удобнее. Это первое, а второе — у нас есть готовая инфраструктура. С учетом требований САРа к резидентам, он должен получить юридический адрес — это значит, зарегистрироваться на территории какого-либо административно-офисного центра и получить регистрационный адрес. У нас есть недвижимость, которая позволяет регистрировать ее — это вся административная часть «Рыбной деревни». Ну и стадион находится на территории острова («Калининград» — прим. РБК Калининград). И, вы не поверите, но многим, кто к нам приезжает — а мы предлагаем разный формат офисных помещений — нравится регистрироваться на адресе стадиона. Стадион — это не только поле это реальные офисные помещения, это кабинеты, где люди работают. И, с учетом ограничений (по коронавирусу — прим. РБК Калининград) там есть интересный и безопасный формат с точки зрения проведения заседаний советов директоров, совещаний. На регистрацию пакета документов уходит от 7 дней (для ООО) до 1,5-2 месяцев (для акционерных обществ) в зависимости от вида компании.

— Чем остров Октябрьский лучше Джерси, что у нас такое есть, чего нет в британском офшоре?

Я думаю, здесь сравнение должно идти не столько по аналогу, сколько по комфортности административного процесса. Насколько российской компании интересно иметь свою дочку в Джерси (крупнейший офшорный центр на юге Британских островов — прим. РБК Калининград) или в BVI (Британские Виргинские острова — прим. РБК Калининград), нежели иметь её в понятной тебе юридически стране с понятым бухгалтерским привычным российским законодательством, понятным отсутствием валютного регулирования (а это самый большой бонус, которым, соответственно, компании начинают пользоваться). Хочу сказать, что у нас сейчас очередной этап изменений ФЗ идёт, речь идёт о расширении иностранных офшоров, из которых можно провести перерегистрацию на территорию РФ, поэтому мы там еще, я уверен, новых партнеров добавим.

Вторая история для нас — это узнаваемость территории, маркетинг. Когда на международной арене звучат слова «остров Октябрьский» и «Калининградская область», поверьте, это многого стоит. Мы много участвуем в различных выставках, ярмарках, и первый вопрос к нам: а как так вы появились в Европе, у вас тут кругом иностранные государства и вы к тому же часть России? Многие не верят, что такое вообще бывает. Поэтому — да, мы показываем, что вот у нас есть территория Российской Федерации в прекрасном центре Европы и мы можем позиционировать все логистические преимущества этой российской территории. С учетом того, что все законы российские и товар, произведенный здесь — это товар, произведенный в России. И вот последний рейтинг, который публиковали, там упоминается перерегистрация в нашем САРе фонда Яндекса — собственно, это доказательство того, что маркетинг сработал.

— Маркетинг, упоминания на международном уровне — это хорошо, но как можно здесь, у нас измерить эффект от специального налогового режима?

Мы все чиновники любим переводить действия в деньги — в данном случае, в налоги. Налоги мы начинаем перекладывать в строительство школ, садиков, инженерной инфраструктуры на развитие региона. Есть такой показатель в экономике — эффективность. Ну, условно, рубль затраченный на рубль полученный. Так вот, сначала о затраченном. Сколько было потрачено на принятие решения о создании здесь режима САР? Ноль рублей. А что мы имеем? САР начал работать в 2018 году, мы под конец 2018 года начали исполнять функцию управляющей компании. Фактически, мы начали в 2019 году работать с резидентами САРа и по итогам года заработали на этом режиме ни много, ни мало 90 млн рублей в консолидированный бюджет РФ. Из них часть — порядка 39 млн рублей — ушла в консолидированный бюджет Калининградской области. Это только за первый год, при небольших оборотах. Сегодня мы получили отчёт за полугодие 2020 года. 206 млн рублей заработано в виде налогов, которые резиденты САРа на острове Октябрьский выплачивают и в федеральный, и в региональный бюджет. И большая часть из них уходит как раз в консолидированный бюджет Калининградской области.

— Какая часть?

В региональный бюджет мы получили уже 127 млн рублей, но к этой сумме стоит прибавить ещё страховой взнос 52 млн рублей и всего 27 млн рублей в федеральный бюджет получается.

— В бюджет региона идёт всегда фиксированный процент?

Нет, это зависит от баланса налогов. Мы по концу 2020 года планируем, что диапазон 400-450 млн рублей принесут уже сегодняшние резиденты САР.

— Кроме налоговых поступлений, что-то ещё дают экономике региона резиденты САР?

Зарегистрированный резидент в любом случае имеет обязательства по инвестированию. В течение 6 месяцев с момента регистрации он должен 50 млн рублей минимум инвестировать в российскую экономику. По-разному реализуется эта система. Мы, конечно, хотели бы, чтобы она максимально реализовывалась на территории Калининградской области. Такие примеры на самом деле есть: один мясопереработчик-производитель эту инвестицию показал на территории региона в этом году, регистрация была в прошлом году. В этом году у нас зарегистрировался ещё один глобальный холдинг, сельскохозяйственный, он тоже имеет планы по инвестированию средств на развитие бизнеса. Мы понимаем, что это вклад в нашу экономику — не менее 50 млн рублей каждый. Суммы, которые заявляются инвесторами: по 2019 году это было всего 570 млн рублей, а в 20 году это уже под 32 млрд рублей. Повторю, у нас 34 резидента — это живые люди, которые трудоустроены. По штатному расписанию это 70 человек — топ-менеджмент, который здесь находится, получает неплохие зарплаты и платит здесь НДФЛ. Мы так, грубо прикидывали, получается, что за 2 года деятельности САРа мы уже на школу накопили, практически на тысячу мест с учетом формата софинансирования.

ЧТО ДАЁТ РЕГИОНУ ОСОБАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ЗОНА

— В особой экономической зоне резидентов почти в 10 раз больше, чем в САР. «Корпорация развития» не является управляющей компанией ОЭЗ, но, скажем так, продвигает этот статус. Так?

Статус ОЭЗ — это больше тяжелая инвестиция. Это — предельное отличие от САР, потому что в САРе это могут быть финансовые вложения. Здесь вы уже обязаны подтвердить инвестиции не менее 1 млн рублей, не менее 10, не менее 50, не менее 150 — в зависимости от вида экономической деятельности, в котором вы заняты. Соответственно, это либо здравоохранение, либо IT, либо туризм и обрабатывающие производства, либо логистика, либо иные отрасли, которые не запрещены (там есть запрещенные отрасли). Это производство, размещенное на территории Калининградской области исключительно лицом, зарегистрированным в регионе. Мы работаем по привлечению инвесторов, особенно, что касается развития индустриальных парков. И помогаем им регистрировать юрлицо, собрать пакет документов и чтобы администрация ОЭЗ приняла решение по включению. Сам порядок простой, это не история ТОСЭРов (территория опережающего социально-экономического развития — прим. РБК Калининград) и не история ОЭЗ РФ, он предельно понятный: в течение 30 дней юридическое лицо получает статус резидента и в рамках инвестиционной декларации рассказывает о том, какой объем инвестиций в течение трех лет он будет вкладывать на территории Калининградской области.

— Кстати, какие в этом смысле приоритеты сейчас? Каких инвесторов вы в первую очередь привлекаете в ОЭЗ и почему?

Мы сильно заинтересованы в развитии IT, и ровно на IT люди приезжают, регистрируются и создают новые рабочие места. Потому что для логистики Калининградской области очень выгодно размещать здесь тех, кто имеет меньше затрат в себестоимости при реализации продукции, а это как раз услуги.

О БОРЬБЕ ЗА ИНВЕСТОРОВ И КОМФОРТЕ СРЕДЫ

— Наверное, конкуренция при привлечении вот таких инвесторов в России высокая…

Очень высокая!

— И чем вы привлекаете? Допустим, у меня есть 200 млрд рублей и есть проект в сфере IT, в который я хочу вложить часть этой суммы… Я нахожусь во Владимире, например. Как вы меня переманивать в Калининград будете?

Здесь работает, в первую очередь, налоговый пакет льгот. И второе — работает эффект комфорта территории, комфорта среды. Это не только речь про погоду, про дороги и улицы — это речь и про мобильность, когда можно вне коронакризиса путешествовать в разные страны и складывается совсем другое понимание времени и расстояния. Когда человек сюда приезжает и начинает понимать эти логистические возможности Калининградской области, тогда, наверное, и принимается решение задержаться здесь. Когда я был главой администрации Светлогорска, мы очень плотно работали с одной компанией, которая в итоге зарегистрировалась в реестре резидентов Особой экономической зоны, разместилась в Светлогорске и прекрасно платит НДФЛ с заработной платы сотрудников. Они открыли здесь бэк-офис. Сначала была задача найти решение, которое позволяло бы сократить себестоимость продукции. А потом они посчитали и оказалось, что офис на территории Калининградской области интересней. И они потихоньку начали переезжать сюда. Начали с 2-3 человек, потом было уже 10-15, в беседе с руководителем компании стало понятно, что он в принципе готов и 100-200 человек сюда отправить. Так что, не всё идет от логики финансово-экономической выгоды. Еще один мотив, который есть у тех, кто приезжает: нам говорят, мы какие-то другие. Вот не знаю, правда, какие...

— Как выиграть конкуренцию с Москвой и Питером, куда многие стремятся?

Все зависит от того, кому, что в этой жизни хочется и кому, что в этой жизни нравится. Кто-то хочет сильно активный город, живущий 24 часа, и думаю, что вряд ли для этого человека Москва является остановочным пунктом. Я уверен, что он дальше пойдет реализовывать свои амбициозные планы. А есть категория людей, которые ценят комфорт, качество жизни, степенность каких-то решений. Ну, это знаете, как решение есть движение fastfood (быстрое питание — прим. РБК Калининград), а есть движение slowfood (ответственное потребление — прим. РБК Калининград). Светлогорск стал первым городом в России движения Cittaslow (международное движение по улучшению качества жизни в городах — прим. РБК Калининград), это оттуда и пошло — люди, которые ценят комфорт среды. Вот к нам такие приезжают.

— Кого вы считаете своими основными конкурентами в борьбе за инвесторов?

Все регионы сегодня активно работают на привлечение инвестиций. Отдельно задача мне видится — это на уровне федерации сформулировать по-честному правила развития отдельных территорий. Мы понимаем, как эти правила работают, когда формулируются задачи по Калининграду, по Крыму или по Дальнему Востоку. А когда принимаются решения по созданию ТОСЭРов, которые дают ровно такой же пакет налоговых льгот, тогда намного сложнее работать. Сегодня очень много инициатив идет и по Московской области, по созданию интересных зон с готовыми предложениями по инфраструктуре, деловой инфраструктуре. Республика Татарстан всегда очень большую играла роль: у нее там поле с точки зрения развития своих ОЭЗ и с точки зрения развития своего мегаполиса. Так что, мы ориентируемся на две точки — это Москва и Татарстан и внимательно смотрим, где вообще сегодня люди бизнес регистрируют. Тот, кто ценит локацию — мы ему её можем дать. Ну и с учетом развития цифрового мира, цифрового века, возможности совещаний через ВКС (видеоконференцсвязь — прим. РБК Калининград) это все начинает играть совсем другую роль. Я думаю, нам надо заботится уже не о конкуренции межрегиональной, а о конкуренции городов как площадок для привлечения и удержания рабочей силы, мозгов, денег.

ОБ ИНДУСТРИАЛЬНЫХ ПАРКАХ И НОВОМ ДРАЙВЕРЕ ЭКОНОМИКИ

— Расскажите, что в индустриальных парках происходит. Правда ли, что это по-прежнему одинокая подстанция в чистом поле?

Абсолютно не соответствует действительности. Этот тезис был применим на октябрь прошлого года. Летом прошлого года, по-моему это июнь был, мы в инициативном порядке подали документы на конкурс по строительству инженерной инфраструктуры индустриального парка «Храброво». Мы выиграли, мы получили чуть более 250 млн рублей на реализацию инфраструктуры и в декабре мы всю инфраструктуру сдали. Это более 2 км дорог, это спецсети, 4 трансформаторные подстанции и 5 распределительных подстанций. К этому времени закончилась сдача работ по строительству водозабора, в этот момент были введены в эксплуатацию очистные сооружения, то есть, водоотведение. Муниципалитет заканчивает работы по магистральному газоснабжению. То есть, я могу с уверенностью заявить, что тезис о подстанции в чистом поле не совсем корректный и подтверждения у меня на самом деле два. Не зря индустриальным парк «Храброво» в этом году стал реестровым парком действующим и включен в перечень Минпромторга России.

— А что это значит?

Это много значит. Для нас это значит доказать, что есть все технологические возможности для размещения промышленных предприятий. Это значит, что есть жёсткие требования, что гектар территории обеспечен 0,15 МегаВатт электроэнергией. Это подтверждение соответствия всех градостроительных документов, прав собственности. У нас в Калининградской области два действующих индустриальных парка признанных — это «Экобалтик» (в Багратионовском городском округе на границе с Польшей — прим. РБК Калининград) и «Храброво». Площадь «Храброво» 345 га — это самый крупный парк на самом деле.

— Кто из инвесторов работает сейчас в «Храброво»?

Сегодня четыре индустриальные площадки готовятся к застройке, активная фаза идет на двух площадках: получили разрешение на строительство группа «Поматти» (производство марципана и кондитерских изделий) и «Феникс» (пищевые добавки). Готовятся к получению разрешений компании Baugran (гранулированное пеностекло) и «Ампертекс» по строительству инновационного производства токопроводящей нити. Если бы было все плохо с инженерной инфраструктурой, мы бы не смогли подписать инвестиционное соглашение, которое мы широко освещали — о размещении EnCORE груп. Я говорю о создании в Калининградской области двух производств оборудования для солнечных энергостанций. На понимание: это новый вид экономической деятельности, новое супер направление по выработке альтернативной электроэнергии, за которым, наверное, будущее. Технологическим партнёром выступит входящая в холдинг группа компаний «Хевел», которая владеет первым в России заводом по производству солнечных батарей.

Один завод — по производству фотоэлектрических преобразователей — мы размещаем в «Храброво», другой — по производству кремниевых пластин — в «Черняховске». И если бы у нас что-то было не так, поверьте, ни один бизнесмен не подписал бы соглашение, в котором обязуется инвестировать 20 млрд рублей на этой территории и создать порядка тысячи рабочих мест. Два завода — это 750 мест, но есть еще и инжиниринговый центр, и дополнительные производства, которые тоже в рамках этой группы начинают создаваться.

И если бы что-то было не так, никогда бы не было подписано соглашение этой группы с БФУ имени Канта по подготовке кадров в сфере альтернативной электроэнергетики, называется фотогальваника. Поэтому для нас это вообще задел на новый шаг, на новый вид экономической деятельности. А по объёму выпускаемой продукции мы понимаем, что мы, наверное, дадим еще одного очень крупного экономического оператора наряду с «Автотором», наряду с «Содружеством», который даст новое качество рабочих мест и налоговые платежи.

— Какие практические шаги сделаны в этом новом направлении?

Компания (дочерняя компания холдинга «Реам менеджмент» EnCORE — прим. РБК Калининград) уже разместила в «Морском бизнес-центре» Калининграда офис проектировщика. Сегодня это штат работающих специалистов, это проектная группа, которая занимается геологоразведкой, делает проектные решения. По моей предварительной информации, на первом этапе подготовки забюджетируют под 250 млн рублей, 50 млн из них они уже инвестировали на создание этой группы. Мы очень хотим сделать так, чтобы в апреле следующего года мы уже начали вкапывать первую капсулу. Сегодня в индустриальных парках «Храброво» и «Черняховск» определены земельные участки площадью 20 га и 5 га, по одному из них подписан договор аренды земли. Кроме того, подписаны соглашения по промышленно-производственной деятельности. Так что, это не простое соглашение (с холдингом «Реам менеджмент» — прим. РБК Калининград), это очень сильное соглашение.

— А в черняховском индустриальном парке кто-то уже работает?

По инфраструктуре: сегодня там есть очистные сооружения уже работающие, там уже есть внутренние сети сданные — это сети газоснабжения, сети водоотведения, сети водоснабжения. До декабря заканчивается реконструкция станции водоснабжения города Черняховска. По газу есть лимиты, есть подключение. Так что, черняховский парк — это тоже готовая площадка. Единственное, что нас несколько притормаживает в отношении развития — это проблема синхронизации градостроительных документов, генплана и правил землепользования и застройки (ПЗЗ). Чуть-чуть мы эту схему разошьем, и нам будет проще предоставлять земельные участки. По инвесторам: это EnCORE груп, которую я уже называл, с производством кремниевых пластин для солнечных энергостанций. И есть отдельные интересанты по проектам в сельском хозяйстве. Теперь ждём решения в отношении градостроительной политики.

— Что надо сделать, чтобы решить этот вопрос?

Не могу сказать, что это проблема — это процесс. У нас переданы полномочия (в сфере градостроительства — прим. РБК Калининград) от муниципалитетов правительству Калининградской области, но процедура была начата администрацией Черняховского городского округа. Поэтому администрации муниципального образования нужно просто завершить эту процедуру. Мы просто не можем регламентные сроки, установленные Земельным кодексом и нормативно-правовыми актами, ускорить. Но мы видим, как работа идет, это все получится, и тогда мы можем немного другое качество по количеству резидентов показывать.

— Наверняка есть оборотная сторона медали — резиденты, которые «сошли с дистанции» по каким-то причинам и отказались инвестировать? ...

В САРе ни один еще не ушёл. В отношении резидентов индустриальных парков «Храброво» и «Черняховск» — два резидента пересмотрели свой приход, но исключительно из-за ограничений коронакризиса. Я не исключаю, что когда граница разблокируется, человек приедет и поймёт, что он может здесь это производство выстраивать. Речь о производстве обуви UGGI. С учетом взаимоотношений России и Австралии коллеги пересмотрели пока свои намерения. А второй проект я не буду называть.

О ЗАСТРОЙКЕ ОСТРОВА ОКТЯБРЬСКИЙ

— На уровне правительства прошла информация, что несколько участков на острове Октябрьский будут выставлены на торги под жилищную застройку. Что там будет?

Сегодня на острове есть уже отдельная жизнь, строительство объектов (Музейного комплекса — прим. РБК Калининград). Второе. Правительством Калининградской области совместно с ДОМОМ.РФ и КБ «Стрелка» был разработан мастер-план территории развития острова, который с учетом новой стройки чуть-чуть надо корректировать, мы этим занимаемся. Эта работа показала, что на этом острове будет. А будет баланс жилых, офисных, социальных объектов, парковых зон, паркинга. Мы можем оперировать исключительно той землей, которая находится в региональной собственности. Ее там достаточно. В этой связи в инициативном порядке Корпорация выступила заказчиком работ по планировке территории острова Октябрьский, это нам покажет корректный баланс вот этих всех объектов, в том числе, этажности, проездов и так далее. Мы заходим на развитие этой территории для формирования лотов земельных участков. Соответственно, мы будем предоставлять лоты на конкурсной основе желающим застроить территорию. Для нас это не просто торговля землей, мы хотим заключать инвестиционные соглашения. Потому что мы хотим получить здесь отдельный объем социальных площадей, например, детские садики, мы заинтересованы в формировании инвестиционного предложения.

— На какой стадии эта работа сегодня?

У нас встречи с застройщиками проходят. Потому что концепт, к примеру, «Стрелки» предполагает наличие детского садика, во встроенном помещении и объем его небольшой — 60-90 мест примерно. Мы понимаем, что эта модель, может быть, и красивая, с одной стороны, но с точки зрения операционной нам застройщики говорят, что, наверное, мало кто из жителей хотел бы иметь на первом этаже своего дома детский сад. С другой стороны, есть отдельные градостроительные требования по площадке, где дети должны находиться, с точки зрения даже транспортной нагрузки. Поэтому мы сегодня слушаем мнения застройщиков о том, как комфортно эту концепцию несколько подработать под новые реалии жизни. Ну и, наверное, удобнее управлять не 30 садиками, а пятью на 250-350 мест. С другой стороны, мы сегодня обсуждаем, какой размер лота земельного участка удобен для предоставления. Мы слышим, что хочется сформировать малые земельные лоты — по 1 гектару, по 0,5 гектара… Но, с другой стороны, мы понимаем, что с той задачей, которую мы хотим — а это наличие магистральных инженерных сетей на территории — задачей каждого инвестора будет получать технические условия на подключение. По нашему мнению, это могут быть дорогие решения, поэтому намного проще, когда формируешь комплексную застройку на 4-5 га и комплексно подключаться к инженерным сетям. У нас идет сейчас такая живая дискуссия. Сегодня мы разрабатываем проект планировки территории — это документ, который может быть утвержден только при готовом Генеральном плане и Правилах землепользования и застройки. Сегодняшний существующий генплан этой территории и ПЗЗ не соответствует тому, что должно быть реализовано по КБ «Стрелке». Поэтому эти документы мы будем предлагать выносить на публичное обсуждение.

— У застройщиков и у вас нет сомнений строить социальные объекты и жилье там, где немцы раньше не строили? Я имею в виду особенности грунта на острове, провалы и трещины, которые возникли после строительства стадиона... Уже порядка 6 млн рублей на устранение провалов и перекладку плитки из бюджета потратили.

Немцы строили или не строили, не знаю. Но мы же видим, как Арабские Эмираты умеют строить в морях. В жизни можно построить всё. Есть просто экономические задачи. Себестоимость строительства, из которой складывается, понятно, цена за метр и в данном случае в нее отчасти будет входить, как готовить фундамент. Есть, условно, ленточный фундамент или кто-то делает небольшие сваи 5 метров. А в данном случае есть особенности, и никто ни в коем случае это скрывать не будет. Мы провели геологию, всем застройщикам показали, какие характеристики этих земельных участков, что действительно там под 24 метра надо вбивать сваи, чтобы «достучаться» до стабильного грунта и дальше уже, пожалуйста, любую этажность можно выстраивать. Это просто специфика территории и специфика стройки. Ничего страшного.

— Кто из застройщиков интересуется землей на острове?

Я бы пофамильно не называл, скажу, что все калининградские застройщики интересуются этой территорией. И не калининградские тоже, но им нужны несколько другие форматы. То есть, если местных интересует как раз в большей степени вопрос лота, где он понимает экономику одного объекта и одного гектара. И тогда можно всех застройщиков делить: малые объемы на один объект, либо комплексная застройка на квартал. Крупные группы, которые строят по России, в Московской области, в Москве, они говорят: слушайте, нам интересно, если мы заходим, то сразу брать весь остров. Мнение наше: создать условия, комфортные для развития конкуренции. Сделать это можно только, если не предоставлять один большой массив, а все-таки сформировать лоты. Сколько их будет, пока неясно, очень важно пройти бурю эмоций, энергию этих обсуждений ровно для того, чтобы сформировать долгое инвестиционное предложение, чтобы не получилось так, как у нас любят играть в градостроительные конкурсы, потом еще раз конкурсы, потом еще раз конкурсы, потом приходит инвестор и говорит: вам спасибо, но я буду реализовать тот проект, который тянет мою экономику. И в итоге реализует он что-то внешне похожее, но, к сожалению, не то, на что там все конкурсы были объявлены.

 - На острове, насколько я помню, должна быть история с «Балтийской долиной» — научно-производственным центром БФУ им. Канта. Для неё там место останется?

Забронировали для создания инновационного научно-технологического центра отдельно землю около музея (филиал Третьяковской галереи — прим. РБК Калининград), который строится. Называется он «Балтийская долина HUMANTECH», это связано со здоровьесбережением, с новыми пищевыми продуктами. Я знаю, что БФУ эту историю закрутил, подавали заявку, по процедуре Минэкономразвития России принимает решение. Придание статуса и размещение — это в процессе. Это вещи долгие, длинные, но когда мы получим этот статус на острове, конечно, это будет совсем другое качество — появится еще один отдельный специальный режим, который создаст нам юрисдикцию Калининградской области.

Компания АО "Корпорация развития Калининградской области"
Зарегистрирована 25.06.2004 года, начала работу в 2012 году.
Учредители - комитет по управлению государственным имуществом Калининградской области.
Размер уставного капитала составляет 2 579 595 200 ₽.
Статус компании на 11 ноября 2020 - Действует.
Основной вид деятельности (ОКВЭД) - Недвижимость. Всего указано 27 направлений деятельности.

По результатам экспресс-анализа, сделанного с помощью искусственного интеллекта разработанного компанией «Rescore», компания показала нулевую прибыль в последнем доступном отчётном периоде, что может говорить о сложном финансовом положении.

Так, по итогам 2018 года "Корпорация развития" показала убытки в размере 12,81 млн рублей, а выручку 4,59 млн рублей. Для сравнения, в 2017 году убытки составили 80,17 млн рублей, а выручка 3,81 млн рублей.

* Источник: РБК компании

О КОРПОРАЦИИ

— За время своего существования «Корпорация развития» заявляла много проектов. Мы с коллегами вспомнили и яхтклуб, и гольфклуб, и завод BMW. Какие из них доведены до конца?

Самый крупный — завод БМВ — не могу сказать, что он не состоялся, просто он не состоялся на той территории, что изначально предлагала корпорация. Это решение реализуется сейчас вместе с «Автотором», идёт строительство нового корпуса. Есть много вещей, которые вне нашей зоны ответственности находятся. В частности, крупные проекты, которые реализуются по СПИКу (специальному инвестиционному контракту — прим. РБК Калининград). По старой версии, по новой версии были отдельные решения, которые сделали экономику их реализации не сильно выгодной. По гольф полю были отдельные проблемы с инвестором, инвестор пересматривает планы по реализации этого проекта, поэтому мы сейчас его немножко переконфигурируем, я думаю, что он чуть позже состоится. В отношении яхт-клуба не знаю, я работаю здесь только 2 года, сменяемость директоров в корпорации большая…

— А почему сменяемость большая?

Я думаю, потому, что видение меняется. Видение деятельности корпорации, ее функционала. Мы сегодня уже не та организация, которая имела здесь на территории пустые земельные участки и занималась привлечением инвестиций. И сегодня это не только два действующих индустриальных парка, у нас есть целый пакет инвестпроектов, которые реализуются. С учетом того, что у нас Антон Андреевич (Алиханов, губернатор Калининградской области — прим. РБК Калининград) очень бизнес-ориентированный человек и прекрасно понимает, что на зелёное поле ни один инвестор не придет, это было его решение по инвестированию в капитальную инфраструктуру. У нас нет возможности сегодня обещать инвестору: уважаемый, дорогой, мы тебе всю инфраструктуру построим, ты только три года подожди, а потом приходи реализовывать твое инвестиционное соглашение. На пустую землю сегодня не идут. Даже на подготовленную землю с инженерной инфраструктурой сегодня идут очень сложно. Очень много идёт на готовые площади даже в условиях аренды. И требования к производственным помещениям несколько иные. Поэтому наша задача найти ниши.

— Сколько средств выделяется из бюджета региона на содержание корпорации?

Я вам по цифрам не готов сказать. Потому что очень много было решений, связанных с инвестированием под целевые объекты. Это не совсем будет корректно. Например, у нас были расходы в 2019 году, связанные вплоть до покупки объекта Дома советов. На вопрос, связано ли это с содержанием корпорации, очевидный ответ нет. Есть затраты, которые нам дали на оплату технологического присоединения по построению подстанции. Там, извините, в Черняховске 691 млн рублей и в Храброво порядка 350 млн рублей. Всем депутатам нам сегодня есть, что сказать. Все деньги, которые выделяются корпорации как бюджетные инвестиции, мы всегда предельно честны, открыты, нас проверяли уже все контрольные органы, подтверждали, что у нас ни одной нецелевой копейки. Сегодня деньги, которые мы брали, они инвестированы в инженерную инфраструктуру

— Сколько уходит в год на содержание штата из 28 человек, какой у вас фонд оплаты труда?

Все отчёты размещены на налоговых сайтах. До копейки не готов сказать.

В 2019 году в бухгалтерском отчёте о движении денежных средств АО "Корпорация развития" показала поступления в объёме 73,915 млн рублей и платежи в объёме 575,337 млн рублей. При этом, платежи на оплату труда сотрудникам за год выросли на 9,4 млн рублей и достигли 33,9 млн руб.

*Источник: focus.kontur.ru

Позже в корпорации объяснили этот рост новыми требованиями Минфина РФ к оформлению НДФЛ и соцвзносов с зарплат сотрудников. С 2019 года они должны включаться в строку отчета об оплате труда работников.

СУДЬБА ДОМА СОВЕТОВ

— Давайте завершим интервью темой, которая сегодня вызывает большой интерес и много вопросов одновременно. «Наше всё» — Дом Советов. Что делается сейчас и что будет дальше, расскажите пошагово.

Сегодня Дом Советов — это окончание корпоративной сделки, формирование земли, формирование объекта, а в будущем это работа с инвестором, развитие территории, реконструкция и приведение территории в порядок. Здесь у нас несколько разных мнений, каждое из них имеет свои плюсы и минусы, и сейчас это обсуждается.

До конца года остается задача закончить процедуру передачи корпорации оставшихся 15% доли правительства Калининградской области в собственности объекта. Сегодня мы только обладаем 85%. Нам удобнее и комфортнее развивать объект, если мы будем владеть 100% — нам нужно сконсолидировать имущественный комплекс, в котором дальше начинать работать. Это первое. И второе — нам нужно закончить оформление земельных отношений. Все процедуры оформления планируется завершить в декабре. Остались технические процедуры наши по выпуску акций с учетом взноса в уставный капитал — обычная корпоративная сделка. Список части потенциальных инвесторов, которые могут выйти на сделку, готов и будет обсуждаться с губернатором Антоном Алихановым.

Мы не говорили, что что-то нужно демонтировать. Для этого мы, собственно, и проводили техническое обследование здания (в декабре 2019 года был заключён договор на проведение комплексного инженерно-технического обследования конструкций и инженерных систем Дома Советов «Научно-исследовательским центром «Строительство» — прим. РБК Калининград). Есть, конечно, отдельные особенности с учетом того, что 50 лет этот объект простоял... Поэтому отдельный определенный объем работы, безусловно, необходимо делать. Но в каком объеме это делать, в каком формате и по какой технологии — этот ответ должен нам дать застройщик, который увидит вот этот отчёт, правдивое состояние объекта и примет какое-либо решение в отношении формата его реконструкции. Здесь я бы даже не торопился говорить, один этаж, два этажа, пять. Нам отчёт очень качественный институт делал — НИЦ «Строительство» — это, наверное, такая международная величина, как минимум, российская величина. Всё обследовали — каждый блок, каждый нюанс, высокое качество работы получилось с точки зрения принятия строительных управленческих решений. Мы стремимся к тому, чтобы в следующем году определиться уже с инвестиционной структурой проекта, и, если мы это все сделаем, надеемся, что какой-либо кран будет уже в следующем году стоять. В беседе с Антоном Андреевичем (Алихановым — прим. РБК Калининград) у нас есть видение, что в 2024 году уже, наверное, пора эти работы заканчивать.