Доля американских акций в портфелях калининградских инвесторов достигает почти 27% — заметно выше среднероссийского показателя в 20%. Несмотря на сохраняющиеся ограничения, квалифицированные инвесторы региона продолжают активно вкладывать в бумаги компаний из США, сообщил в интервью РБК Калининград президент — председатель правления финансовой группы компаний «Финам» Владислав Кочетков. Также финансист рассказал об основных ошибках инвесторов, успехах IT- отрасли и проблемах сотрудничества с калининградскими вузами.

— Калининград остается одним из самых чувствительных к санкциям регионов России. Как в таких условиях изменилось инвестиционное поведение жителей области: они стали осторожнее или, наоборот, активнее ищут способы сохранить капитал?

— Поведение действительно изменилось. Калининград исторически был регионом, где значительные средства традиционно вкладывались в валюту — как средство накопления и для транзакций. У нас в банке был востребован наличный валютный вклад. Сейчас мы видим, что спрос на валюту, особенно на наличный доллар, резко сократился — если сравнивать начало 2022 года и начало 2026-го, то падение составило более чем в четыре раза. С одной стороны, происходит явная девалютизация. С другой — нельзя сказать, что калининградцы стали избегать риска.

Они продолжают активно инвестировать, в том числе в акции американских компаний, которые остаются доступными для квалифицированных инвесторов. По доле таких бумаг в портфеле калининградские инвесторы опережают среднероссийский показатель: если в среднем по стране около 20% портфеля приходится на американские акции, то в Калининграде этот показатель достигает почти 27%. Это говорит о склонности региона к вложениям в иностранные валютные бумаги.

Среди других тенденций — рост интереса к криптовалютным фондам. Хотя сами криптовалюты для россиян пока недоступны, существует возможность инвестировать в американские фонды, связанные с этой сферой. Также увеличивается доля облигаций в портфелях — инвесторы рассматривают фондовый рынок как более выгодную альтернативу депозиту. В целом, структура портфеля калининградцев сейчас выглядит так: около 40% — облигации, значительная доля — акции, в том числе иностранные, и есть интерес к альтернативным инструментам вроде криптовалютных фондов.

— Как меняется спрос на юань и другие «дружественные» валюты у жителей и бизнеса Калининграда?

— Юань не стал для калининградцев инвестиционным инструментом в классическом понимании. Его покупают в основном для конкретных транзакционных задач: участники внешнеэкономической деятельности для расчётов, физические лица — под конкретные цели, например, туристическую поездку. Но как средство формирования долгосрочных сбережений юань не востребован. Мы предлагаем его к покупке на бирже, но спрос носит четко прикладной характер, а не спекулятивный или сберегательный.

— Какие схемы международных платежей сегодня остаются наиболее рабочими для калининградского бизнеса?

— Калининградский бизнес по-прежнему во многом ориентирован на Европу, и платежи в такие страны, как Польша и Италия, сохраняются. При работе с еврозоной активно используются платежные агенты, что удорожает транзакцию на 1,5–4% в зависимости от бизнес-модели, но позволяет проводить платежи. Также есть активность в направлении Китая и Вьетнама, где расчеты ведутся в основном в юанях и рублях. Проблемная зона — это по-прежнему доллары и евро. Достаточно много операций проходит со странами СНГ, где лидируют Белоруссия, Казахстан и Киыргызстан с преимущественно рублевыми расчетами. В целом наблюдается очевидная тенденция на дедолларизацию и деевровизацию экономики: там, где это возможно, бизнес переходит на расчеты в рублях или юанях, что является более удобным вариантом.

— В регионе многие компании работают с поставками через третьи страны. Насколько банки сегодня готовы кредитовать такой бизнес?

— К параллельному импорту банки уже привыкли. С точки зрения обслуживания платежей и транзакций никаких ограничений нет. Что касается кредитования, то здесь банки в первую очередь смотрят на качество залога и стабильность денежных потоков компании. Параллельный импорт уже стал привычным направлением деятельности, и сам по себе факт работы через третьи страны сейчас не является экзотикой. Например, когда финские товары идут в Россию через Кыргызстан, это уже никого не смущает — это просто новая логистическая реальность.

— Насколько санкционные ограничения и проблемы транзита через Литву изменили оценку рисков для бизнеса в Калининграде? Судя по вышесказанному, изменения не были кардинальными?

— Сложности, безусловно, есть, и их много. Но бизнес так или иначе находит решения. В результате Калининград постепенно трансформируется в большей степени в производственный, чем в торговый регион. Ограничения по транзиту есть, но мы видим высокие темпы развития агропромышленного комплекса и неплохую динамику в промышленности. Также активно развивается сектор IT благодаря льготным режимам особой экономической зоны. Эта трансформация не происходит мгновенно, так как есть привычный бизнес и устоявшиеся денежные потоки, которые продолжают приносить доход. Но изменения уже идут.

— В какие проекты в Калининграде сегодня инвестирует «Финам»?

— Мы — достаточно нишевый банк и венчурный инвестор. Мы сфокусированы на собственных инвестициях, основной фокус — IT‑сектор. Вкладываем средства в проекты, связанные с финансовыми технологиями в интернете и искусственным интеллектом.

Пока у нас нет профинансированных проектов в Калининграде — но это не значит, что их не появится в будущем. Мы активно изучаем возможности в разных регионах.

— Почему не получилось реализовать проекты в Калининграде?

— Мы работаем в целом ряде городов — от Москвы до Владивостока. Калининград для нас пока остается своего рода загадкой. Мы были бы заинтересованы в сотрудничестве с местными вузами — в том числе в рамках развития студенческого предпринимательства и стартапов. Видим здесь хорошие перспективы и готовы инвестировать. Но пока не было интересных предложений, хотя регион находится в зоне нашего внимания.

— Вы рассматриваете возможность сотрудничества только с КГТУ или с БФУ тоже?

— Мы взаимодействовали и с тем, и с другим вузом. Но ситуация такая: где‑то вузы очень отзывчивы, а в Калининграде, похоже, уровень финансирования достаточно высок — и это снижает их мотивацию к сотрудничеству.

Обычно мы предлагаем вузам нашу стипендиальную программу. За стипендии мы ничего особо не просим — нам важно поддержать перспективную молодежь. В будущем эти студенты могут стать нашим кадровым резервом. Но пока наладить работу с калининградскими вузами не получается. Похоже, регион чувствует себя достаточно устойчиво — и это, с одной стороны, хорошо. С другой — снижает готовность к партнерству с бизнесом.

— Расскажите пожалуйста подробнее о стипендиальной программе.

— Стипендиальная программа действует в рамках всей группы компаний — это банк, брокерское подразделение и управляющая компания. Юридически стипендии предоставляются через брокерское направление, но по сути это единая инициатива от «Финама».

Мы поддерживаем студентов самых разных специальностей — от IT‑специалистов до социологов.

Для организации программы мы сотрудничаем с Ассоциацией по развитию финансовой грамотности: так проще выстроить процессы. Но даже эта ассоциация пока не смогла наладить взаимодействие с калининградскими вузами.

— Какие отрасли калининградской экономики сегодня выглядят наиболее устойчивыми для финансирования и банковского кредитования?

— Я бы выделил несколько направлений. Во-первых, это АПК — сельское хозяйство и пищевая промышленность. Во-вторых, импортозамещение: проекты, которые закрывают потребность в оборудовании и комплектующих, ранее поставлявшихся из Европы. Логистика же, напротив, остается зоной риска, так как сильно зависит от геополитической ситуации.

Отдельно стоит отметить IT-сектор. Он развивается в регионе довольно динамично, чему способствуют качественное высшее образование (например, КГТУ готовит хорошие кадры) и льготный налоговый режим. Однако банки традиционно осторожно относятся к кредитованию IT-компаний, так как здесь сложно предложить ликвидный залог. Этот сектор чаще развивается за счет собственных средств и привлечения долевого, в том числе венчурного капитала.

Еще один перспективный сектор — туризм. С учётом растущего внутреннего спроса и недоинвестированности этой сферы Калининградская область выглядит одним из лидеров. Регион обладает уникальным туристическим потенциалом: море, история, природа. Мы видим крупные инвестиции в Зеленоградске, Светлогорске, есть большой потенциал у Балтийской косы. Несмотря на то что инвестиции в гостиничный фонд — это «медленные деньги» с окупаемостью 10–12 лет, туристический сектор остается одним из самых интересных и перспективных для региона.

— Какой финансовый совет вы бы дали калининградцам в условиях высокой инфляции, которая в регионе традиционно выше средней по России?

— Главное — сохранять спокойствие. В инвестициях эмоции часто играют злую шутку. Даже самые надежные ценные бумаги могут временно падать в цене, но инвестор, который спокойно пережидает просадку на горизонте года, как правило, остаётся в плюсе, а на трехлетнем горизонте — в хорошем плюсе.

Второй важный принцип — перед началом инвестиций необходимо сформировать финансовую подушку безопасности. Не стоит инвестировать последние деньги. Сначала лучше накопить на банковском счете сумму, равную трем, а лучше шести месячным зарплатам, чтобы была возможность пережить любой форс-мажор. После этого можно начинать инвестировать, ориентируясь на долгосрочную перспективу — три года и более. И главное — не поддаваться панике. Как правило, выигрывают именно спокойные, дисциплинированные инвесторы.